Tags: лучшие

Calcibor

10 чудесных пляжей

Один из лучших способов провести летние выходные — поваляться на пляже.

Отдых, которые многие презрительно называют «планктонным», в действительности полезен и приятен. Лежа на красивом пляже, можно привести в порядок мысли, подумать о том, на что давно не хватало времени, успокоиться наконец и дать новый толчок вдохновению и свершениям. И чем интересней пляж, тем легче придет ощущение отдыха и свежей головы.

К старту сезона отпусков и путешествий мы выбрали 10 самых необычных и интересных пляжей мира, на которых стоит побывать.

Pfeiffer Big State Beach

Биг-Сур, Калифорния, США

Особенность этого пляжа — пурпурный песок, фантастически выглядящий на закате

The Baths

Верджин-Горда, Карибские острова

Гигантские валуны и спокойные бассейны

Camilo Beach

Лагос, Португалия

Живописные утесы окружают оранжевые пески

Maho Beach

Сент-Мартин, Карибские острова

Пляж знаменит самолетами, пролетающими прямо над головами туристов

Glass Beach

Форт-Брэгг, Калифорния, США

Пляж покрывают гладкие «стеклянные» камешки

Los Dedos Playa Brava

Пунта-дель-Эсте, Уругвай

Знаменит огромной рукой, поднимающейся из песка

Jokulsarlon Lagoon

Исландия

Черный песок и белые льды

Playa de Gulpiyuri

Астурия, Испания

Небольшой пляж отгорожен от мира скалами и пещерами

Children’s Pool

Сан-Диего, Калифорния, США

Излюбленное тюленями место

Scala dei Turchi

Реальмонте, Италия

Белые гладкие скалы и чистейший песок

Calcibor

27 лучших фотографий подводного мира

Мы просто не могли оставить без внимания сегодняшнюю дату, ведь проблема загрязнения океанов стоит перед человечеством довольно остро! Предлагаем каждому из нас задуматься над этим и посмотреть подборку лучших фотографий подводного мира и его обитателей, которая продемонстрирует красоту океанов и морей.

1. Рыба-клоун

Подводный-мир-океана-12

2. Фотограф Mark Laita. Серия «Подводный мир океана«

6. Маленький скат

Фото-кораллов-6

8. Кораллы. Фотограф Феликс Салазар

медузы-фото-10

10. Фотограф Александр Семенов

11. Фотограф Александр Семенов

12. Фотограф Tmasz Grabowiecki

13. Зеленая Морская Черепаха, Бора-Бора. Фотограф Микеле Уэстморленд

14. Фотограф Александр Сафонов

15. Фотограф Octavio Aburto | National Geographic

16. Фотограф Nathan Wills

25452435

17. Фотограф Дэвид Баррио

18. David Doubilet

19. Фотограф Lee Jin

20. Миграция скатов

21. Подводная пещера

22. Никого не замечаете?

23. Касатки

61_underwater

24.

short

25. Фотограф Mike Roberts

1273149060_beautiful_underwater_photos_28

26.

63456354
Calcibor

Бьет — значит любит: Старейшие татуировщики Москвы и их лучшие работы

Паша Ангел

Салон «Ангел»

1 / 5

Когда я начинал татуировать (22 года назад), это было своего рода протестом: секс, наркотики, рок-н-ролл, мотоциклы и так далее. Тогда татуировка была атрибутом внешности, самовыражения и протестом обществу, у которой были свои рамки и стереотипы. После перестройки наметились новые тенденции в развитии общества, началась эпоха индивидуализма. На арену стали выходить молодые эпатажные люди, а татуировка стала отражением новых молодежных тенденций.

В те времена каждый новый рисунок на теле был неким событием. Индустрии никакой не было, мы просто любили рисунки такими, какие они получались, в чем-то примитивные, в чем-то наивные. Сейчас татуировки стали художественной деятельностью, бизнесом, работой профессионалов. За 20 лет в Москве уже сложилась полноценная культура со своими поклонниками, гениями и бездарностями. Татуировку нельзя тиражировать, она была и остается честным искусством и способом самовыражения. Она с каждым годом совершенствуется и становится все более изощренной, все более художественной. Если раньше это был больше китч, протест, то сейчас это конкретные произведения искусства от серьезных художников.

Мне лично интересны замысловатые композиции, сюрреализм и реализм. Я люблю экспериментировать с жанрами, но порой хочется сделать что-то классическое. Это зависит от настроения. Как-то, во время своего внутреннего кризиса, я разложил на полу все свои эскизы и фото работ. Я смотрел и думал о том, что двигаться нужно в том направлении, которое ты лучше чувствуешь, а не хвататься за все, что попадется.

Леша Фан

Салон Love Life Tattoo

1 / 5

В районе, где я вырос, было много татуировщиков-самоучек, я оказался в замкнутом кругу — сначала сам ходил татуироваться, что-то подсматривал у мастеров. Потом в 1993 году сломал магнитофон, вытащил моторчик, собрал машинку, пошел у одного местного татуировщика стрельнул иголку, у другого — краску. Первый мой рисунок — черепаха из какого-то иностранного журнала. Делал часа четыре, сейчас я бы справился с ней за полчаса. Человек, который в этой каше варится годами, больше нигде себя не видит и воспринимает татуировку не как работу, а как часть своей жизни. Бросить татуировать после стольких лет — это как стать инвалидом. Что дальше делать? Был татуировщиком и стал банковским клерком среднего звена? Смешно.

Ко мне приходят очень разные люди, с некоторыми я понимаю, что мне будет удобно работать, они открытые, положительные и доверяют мне. Других нужно разговорить, подсказать. А есть совсем тугие, которые будут стоять на своем. Я потакаю капризам, но когда клиент переходит границы, мое терпение может лопнуть. Из самых интересных просьб клиентов мне запомнилась девочка, пришедшая ко мне пять лет назад. У нее были свои эскизы — 70 одноглазых гуманоидов с женской грудью и мужским половым органом. Все они были на разных листах. Она достала эти рисунки и сказала: «Мне нравятся все, поэтому выберите сами, кого из этих 70-ти мне набьете». Я и выбрал, картинку себе на память оставил.

Чаще всего я отказываюсь делать маленькие татуировки — например, иероглифы, бабочки, кошечки. Когда-то я работал на потоке, делал любые рисунки, но сейчас мне это неинтересно. Я сейчас работаю над традиционными татуировками. Со временем понял, что толстые линии и спокойный цвет более долговечны, нежели тысяча радуг в одной татуировке.

       

     

Сергей Мыш

Салон «Тату 3000»

1 / 7

Я рисовал всю жизнь, хотя никогда не учился этому целенаправленно. Поскольку мой отец — художник, у меня всегда были карандаши под рукой, а я не боялся экспериментировать. Кроме того, я листал его альбомы по искусству и однажды был потрясен черно-белыми графичными иллюстрациями. Эти рисунки настолько меня впечатлили, что любовь к черно-белым изображениям у меня до сих пор не угасает.

Татуировать я начинал в очень сложное время — в 1991 году я сделал сам себе татуировку, потому что не знал, к кому обращаться. Не было каналов связи, мобильных телефонов и интернета. Иногда мы видели на улице человека с татуировкой, просто хватали его за руку и спрашивали, где он ее сделал. Так это начиналось. Сначала татуировка была моим хобби, но чем я больше делал, читал, тем сильнее меня затягивало. Информацию я добывал так: мне понравился, например, кельтский орнамент, я записывался в библиотеку иностранной литературы и узнавал, кто такие кельты, индейцы, маори. Появление интернета, с одной стороны, положительно повлияло на развитие тату-индустрии, поскольку новое поколение татуировщиков быстрее узнает все необходимое, им есть у кого учиться, не нужно придумывать, как из подручных средств собрать машинку. Но с другой стороны, практически исчезли вручную нарисованные татуировки, многие стали воровать эскизы из сети, таким образом они не учатся создавать что-то свое. Скопировал и распечатал — это не сел и нарисовал.

За эти годы работы я пришел к тому, что хочу делать только орнаменты. Я могу делать их мягкими, добавляя полукруглые детали, или жесткими с помощью углов и черного цвета. Могу из орнаментов нарисовать хоть «Мерседес», хоть портрет. Какое-то время меня волновало, что у меня станет меньше работы, если я буду работать только в одном направлении, но вышло наоборот — клиентов у меня стало больше. Сейчас я даже в орнаментах не берусь за рисунки, которые меня тяготят по энергетике или просто не нравятся. В моменты, когда я хочу отказаться от работы, я могу сделать это, потому что не заложник, работающий на боссов какой-нибудь государственной корпорации. Я сам себе хозяин — это один из плюсов моей работы.

   

   

Дима Речной

Студия «XK Tattoo»

1 / 3

Впервые я столкнулся с татуировкой как явлением еще в юности — тогда у меня был опыт общения с людьми, которые носили на теле рисунки исключительно криминального характера, поэтому сначала я к татуировкам относился плохо. Изменилось мое отношение несколько лет спустя, когда я служил на флоте: один моряк принес мне альманах с изображениями японских тату, я его позаимствовал, а затем и вовсе приватизировал. Глядя на эти фотографии, я не мог понять, как эти татуировки создавались. У рисунков на теле не было ни начала, ни конца — мне это казалось чем-то непостижимым, и в итоге я стал копировать рисунки со страниц альманаха.

Впервые я взял в руки тату-машинку в 1992 году, чтобы переделать армейскую татуировку друга. Во время службы люди часто просили набивать им всяких акул и пароходы, но мне это было неинтересно, я хотел делать то, что увидел на тех красивых фотографиях. Проблема была только в том, что в 1990-е годы в России никакой индустрии тату не было, как и людей, которые могли бы передать мне свои знания. Я покупал западные издания о татуировках сначала в Москве втридорога, потом заказывал из Америки стопками. Иногда я просто звонил уже знакомым нью-йоркским татуировщикам и задавал им интересующие меня вопросы. Сейчас все иначе: у молодых татуировщиков есть прекрасные примеры для подражания, они могут легко получить базовые знания и расти дальше.

Рисунки, с которыми я работаю, основаны на традициях английских и американских татуировок начала XIX века. Понимание того, что я хочу работать в традиционном стиле, пришло через изучение художественной культуры, искусства и долгие годы татуирования. Почему я столько лет этим занимаюсь? Потому что это доставляет мне удовольствие и заставляет двигаться вперед. Может быть, со временем я трансформируюсь во что-то другое, как художник, но пока татуировка — это моя жизнь. Она делает меня тем, кто я есть.

Вова Лаврик

Салон «Тату 3000»

1 / 8

Я универсальный татуировщик, работаю в любых жанрах, кроме реализма. Для того чтобы рисовать портреты, нужно быть художником, а мне ближе графика. Первую татуировку, которую я сделал кому-то, я сейчас не смогу даже вспомнить, это было в прошлом веке. Помню только, что все началось с безделья. Мы с друзьями ходили на рок-концерты, носили кожаные куртки и рваные джинсы, а татуировка была неотъемлемым атрибутом рокеров. У некоторых из моих друзей были ужасные татуировки, словно гвоздем выцарапанные, я их исправлял. Сидели дома, сами собирали машинку, а в качестве краски иногда использовали гуашь или акварель. Эти татуировки потом плохо заживали, а иногда даже загнивали.

Экспериментировали в те времена в основном на себе. За деньги я впервые сделал татуировку в 1991 году — смерть в кожаной куртке с гитарой. Сейчас из десяти татуировок девять — это надписи и одна — что-то художественное. Когда я начинал, люди набивали чаще черепа, тигров, волков и орлов.

Лет десять назад я пробовал завязать с татуировкой и начать заниматься чем-то другим — не вышло. Там, куда я устроился, нужно было работать дисциплинированно, а мне это не подходит. Я вообще никогда не работал по строгому графику. Думаю, для любого татуировщика, старого, молодого, главное — ответственно относиться к татуировкам и понимать, что ты можешь испортить плохой татуировкой человеку жизнь. Самое приятное в моей работе — смотреть, как люди радуются своей новой татуировке, которую им сделал я. Раньше для меня татуировка была творчеством, сейчас это ремесло.

Алексей Китаец

Студия «Маяк»

1 / 8

Чтобы столько лет заниматься татуировкой, ничего не нужно, кроме любви к этому делу. Когда я начинал, татуировщиков в Москве можно было пересчитать по пальцам. Нас было всего несколько человек, многие из которых уже скончались, кто-то уехал, кто-то забросил это дело. Первую татуировку я сделал в армии старшему сержанту в 1985 году. Это была эмблема группы Motorhead — череп с рогами. Работали в диких условиях: во-первых, мы все были самоучками без наставников, которые могли бы направить нас; во-вторых, у нас не было машинок, нам приходилось придумывать, практически изобретать тату-машинку и собирать ее из подручных средств. Что мы только не использовали в качестве краски. Честно говоря, в те времена работать было даже интереснее — нужно было находить оригинальные решения проблем и добывать информацию через препятствия. Сегодня все это разжевано в интернете.

Мне важно, чтобы пришедший ко мне клиент был адекватным человеком с адекватной идеей. Мне приятнее делать татуировки со смыслом. Меньше всего люблю делать реализм, потому что эти рисунки через несколько лет меркнут. Я не делаю сатанинские татуировки, поскольку являюсь верующим. Я не делаю порнокартинки, плюс у меня есть ограничения по зонам на теле. Например, не буду делать тату на лице и руках, поскольку считаю, что это выглядит некрасиво. Я на своем теле набиваю тату только в честь каких-то событий.

Фотографии: Артем Го